4 декабря 2017 г. независимая общественно-политическая газета
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
       

"В" или "С"

20 октября 2013 года
"В" или "С"

     Это, казалось бы, две обыкновенные буквы алфавита, однако в них, как об этом будет сказано в данной публикации, был заложен большой политический смысл. Мне как заместителю руководителя делегации на переговорах по политическому статусу Татарстана, состоявшихся в девяностые годы прошлого столетия, уже приходилось писать о них. Однако еще многое остается за скобками. Выявляются новые документы, позволяющие проникнуть за кулисы переговорного процесса. Так и с этими двумя буквами. Впрочем, обо всем подробно.
      8 мая 1992 года председатель комитета по национальным вопросам В.А. Тишков, ставший к этому времени заместителем руководителя российской делегации Г.Э. Бурбулиса по переговорам с Татарстаном, в информации президенту России Б.Н. Ельцину о состоянии переговорного процесса писал: «Общественно-политическая обстановка в Республике Татарстан в настоящий момент отмечена напряженным поиском формулы отношений республики – с Россией или в России. В этой одной букве «в» или «с» Россией сегодня заключен главный смысл противоборства как с федеральным центром, так и между основными силами в самом Татарстане».
      История возникновения такой постановки вопроса такова. 31 марта 1992 года состоялось подписание Федеративного договора. В этот же день в Москве были продолжены переговоры между делегациями России и Татарстана, начавшиеся еще 12 августа 1991 года. Известно, что Татарстан, поскольку был нацелен на двухсторонний договор, отказался его подписывать. Его примеру последовали руководители Башкортостана и Саха-Якутии, заявившие, что тоже не подпишут этот документ. Однако подписали. Якутии, как говорили, правда это или нет, была обещана значительная доля дивидендов с алмазов, добываемых на ее территории. Достались ли они Сахе-Якутии, мне тоже неизвестно. А с Башкирией было вот так.
31 марта. 10 часов утра. Мы в здании бывшего Госплана бывшего СССР. Обе делегации на месте. Нет только Бурбулиса. Прошло 15 минут, а его все еще нет. Тогда мы с нашим руководителем Василием Николаевичем Лихачевым выходим из комнаты, где должны состояться переговоры и направляемся к кабинету Бурбулиса. Приблизившись к его двери, видим людей, сидевших в креслах. Проходим мимо, а мне Василий Николаевич говорит, что это президент Башкортостана и премьер-министр республики. Мы были вынуждены вернуться к нашим делегациям и ждать.
      Через некоторое время появляется Бурбулис и здоровается с каждым из нас. Руки у него потные. Видимо, был взволнован. Мы полагаем, что это результат переговоров с башкирскими руководителями. Как выяснилось, так оно и было. В этот день Бурбулиса заменял Тишков, поскольку он, извинившись и передав свои функции Тишкову, ушел туда, где должно было произойти торжественное подписание Федеративного договора.
      Вскоре мы узнали, что Бурбулис уговорил башкир присоединиться к Федеративному договору. Взамен этой уступки было подписано двухстороннее соглашение. По нему российская сторона делегирует Башкортостану права и полномочия распоряжаться земными недрами, и его правоохранительные органы обретают известную самостоятельность. Однако, что принципиально важно, хозяином их оставалась российская сторона, которая могла в любое время изъять переданные полномочия. А такой опыт был, когда в 1919 году Соглашение о признании суверенитета Башкортостана буквально через несколько месяцев в одностороннем порядке было аннулировано Советским правительством. Так случилось и с этим соглашением. Прошло совсем немного времени, и оно превратилось в пустую, никого ни к чему не обязывающую бумагу.
      Когда мы через Постоянное представительство Башкортостана узнали об этом соглашении, выразили Тишкову недовольство политикой федеральных властей, направленной на противопоставление наших республик. Он нам в ответ говорит: «Подпишите Федеративный договор, и вы получите такие же права!». А я ему: «Эти права у нас есть и без этого. Нам нужно лишь договориться об их совместном использовании!». Действительно, Татарстан соответственно своей декларации, подкрепленной всенародным голосованием, суверенен в этих вопросах и, следовательно, сам является их хозяином.
      Поэтому мои слова фактически означали наше стремление не к противопоставлению, а к совмещению этих двух букв, которые уже на следующий день оказались в центре нашего внимания. Нам был предложен документ, подготовленный российской делегацией, в котором перечислялись права Татарстана с указанием его в составе Российской Федерации. Среди них была указана и международная правосубъектность республики. Выразив полное согласие с содержанием предлагаемого документа, я предложил лишь заменить букву «в» на букву «с». Тишков, согласившись с этим, заявил, что тогда из документа убираем слова о международной правосубъектности Татарстана.
      Члены наши делегации, в том числе и Лихачев, молчали. Ответственность за это пришлось взять мне. И я сказал: «Мы согласны». В перерыве ко мне подошел Лихачев и с недовольным видом произнес: «Из-за вас, Индус Ризакович, мы лишились международной правосубъектности».
      – «Василий Николаевич, признание суверенитета одновременно означает и признание международной правосубъектности. Эта буква многого стоит!».
      В это время подошел к нам присутствовавший на этом этапе переговоров глава правительства Татарстана Мухаммат Галлямович Сабиров. Он, пожав мне руку, сказал: «Молодец!».
      Видимо, Тишков воспринял это как позицию руководства Татарстана. Вовсе не случайны следующие строки в его информации о ситуации в республике: «Нынешнее руководство пытается лавировать на грани возможного в своей линии на утверждение максимальной хозяйственной самостоятельности и политического суверенитета. Вместе с тем оно понимает невозможность полного разрыва и ответственность за дестабилизацию мирной в целом ситуации, возможность утери относительного благоприятного экономического положения».
      В то же время он сообщал о наличии сторонников максимальной самостоятельности и в руководстве республики. Возможно, что он в данном случае имел в виду Сабирова. А может быть, и самого Шаймиева. Впрочем, это не столь важно, ибо определенные колебания в этом вопросе имели место.
      Ради объективности надо признать, что мы и сами во многом стихийно шли к необходимости диалектического совмещения этих позиций. И потому не оказались в состоянии в полном объеме донести их до наших оппонентов.
      В одной из своих публикаций Валерий Александрович выразил недовольство тем, что в составе делегации республики есть представители национальных организаций, чего, по его мнению, не должно быть. Я сразу же понял, что речь идет обо мне, человеке, благодаря которому появились разговоры вокруг букв «В» и С».
      Я оказался прав. 3 августа того же года наша делегация приехала в Москву для продолжения переговорного процесса. На вокзале нас встретил Валерий Александрович. «Вы гости правительства Российской Федерации!» – сказал он, здороваясь с нами. Нас усадили в машины и в сопровождении милицейских машин повезли для размещения на Ближнюю дачу. К вечеру туда приехал и Бурбулис. Оказалось, что это день его рождения. Его на ужине от нашего имени поздравил Василий Николаевич и вручил какой-то подарок.
      На следующий день утром большая часть нашей делегации осталась там и продолжила переговоры по основным аспектам наших экономических взаимоотношений. Мы с Василием Николаевичем поехали в Кремль к Бурбулису. Поднимаемся вместе с Тишковым на соответствующий этаж к нему в кабинет, в котором до этого сидел М.С. Горбачев.
      Рассаживаемся. Бурбулис и Лихачев обмениваются приветствиями. Затем слово предоставляется мне, и я излагаю нашу позицию о взаимоотношениях России и Татарстана. Разумеется, останавливаюсь на тех полномочиях, кои должны быть признаны как наши. Тут мне Тишков задает вопрос: «Вы что, выходите из России?». Поскольку мне 12 августа 1991 года на соответствующий вопрос С.М. Шахрая уже приходилось отвечать, посмотрев на Бурбулиса, спросил: «Геннадий Эдуардович, отвечать мне на этот вопрос?». Мой ответ ему был известен, а Тишков, только недавно введенный в состав российской делегации, не знал этого. Бурбулис, зло посмотрев на Тишкова, сказал: «Давайте Татарстану больше не будем задавать таких глупых вопросов!». Почему глупых, Тишков так и не узнал. Видимо, мне нужно было все-таки повторить тот ответ, который я дал тогда Шахраю. Ведь Тишков его не слышал и не знал о его реакции на него.
      Тогда я Шахраю сказал, что Татарстан, тогда Казанское ханство, в состав Русского государства вошло не добровольно, оно было завоевано. За 438 лет пребывания в составе России ни один татарин не подписывал документа о добровольном вхождении в него. И вряд ли сегодня найдется такой человек, который возьмет на себя такую ответственность. Однако де-факто Татарстан оказался в России, и в течение многих веков татары воспринимали ее как свою родину, и потому о каком-то выходе из России не приходилось говорить. Выслушав это, Шахрай, как бы рассуждая от нашего имени, четко и медленно произнес: «Значит, мы из России не выходим, но в нее и не входим!». «Вы правильно уловили нашу ситуацию, Сергей Михайлович!» – такой была моя реакция на это.
      Вечером на ужине Тишков рассказал о том, как прошла встреча в Кремле. Остановившись на моменте нашей перепалки, сказал: «Индус Ризакович – кремень!». Я, в свою очередь, напомнил Тишкову о его статье, где говорилось, что в составе официальной делегации Татарстана не было представителей общественных организаций. И сказал: «Вы, конечно, Валерий Александрович, имели в виду меня». Он согласился, что действительно имел в виду меня. Но добавил: «Вы правильно вычислили, а может, это была подсказка вашим властям дать вам официальный статус?». Я спорить не стал. Для меня важно было получить признание из его уст, что речь шла именно обо мне. Конечно же, он добивался того, чтобы меня вывели из состава делегации. И добился. Вскоре переговорный процесс был продолжен и завершился без моего участия подписанием 15 февраля 1994 года двухстороннего договора.
      Несмотря ни на что, мы с Валерием Александровичем сохранили дружественные и уважительные отношения. В ряде своих публикаций он ссылается на мои статьи, называет меня своим давним оппонентом.
      Сейчас я должен сказать о неуместности постановки для Татарстана вопроса или «В» или «С». Поскольку есть реалии, из которых нужно исходить. Они заключаются в том, что 30 августа 1990 года в Татарстане была принята Декларация о государственном суверенитете, которая 21 марта 1992 года была подкреплена всенародным референдумом. Это означало верховенство законов Татарстана над российскими законами. В то же время это не говорит о том, что республика порывает с Россией. Ибо она выразила готовность передать России ряд государственных полномочий на основе двухстороннего договора. В результате получалось так, что она частично выходила из государственно-правовых норм России, а частично, в силу передаваемых полномочий, остается в ее законодательном поле. Вот почему каждой из этих двух букв мы можем сказать и «да», и «нет».
      Политика – наука тонкая, и каждый ее виток имеет свои нюансы. В ней во многих случаях, в данном случае применительно к Татарстану, нет и не может быть категоричности. Принцип «или-или» применительно к Татарстану не уместен. Татарстан не вылетает из России. Он в ее окружении.
      В названной информации Тишкова Б.Н. Ельцину о ситуации в Татарстане правильно подчеркивается, что «центральными для обыденного сознания народов Татарстана, в первую очередь татар, являются вопросы национального престижа» и достоинства. Под этим он понимал «восстановление своей национальной государственности, утерянной в XVI веке». И особо указывал, что это восстановление имеет перспективу «образования полностью независимого государства Татарстан» по типу штата Идель-Урал, «провозглашавшегося тюрко-татарами в ноябре 1917 г.».
      Однако автор информации неправильно утверждал, что проект штата Идель-Урал был направлен на выход из России. Дело в том, что на Всероссийском мусульманском съезде в мае 1917 года была выдвинута идея преобразования России по типу США, где одним из этих штатов должен был стать штат Идель-Урал. В газетах были даже опубликованы властные полномочия как остающиеся у штата, так и передаваемые центральной власти. Тогда, так же как и сегодня, вопрос не шел об отречении от России, а сводился лишь к взаимоотношениям «В» и «С».
      Тишков почти приближался к восприятию этого, ибо писал о необходимости ряда срочных и действенных шагов со стороны российского руководства, подтверждающих его готовность признать суверенитет Татарстана в составе Российской Федерации. И содействовать осуществлению прав и интересов татар как одного из наиболее многочисленных народов России «с целью недопущения очередного шага по окончательному оформлению выхода Татарстана из состава Российской Федерации». Однако он не дошел до понимания того, что речь и не шла об окончательном оформлении выхода из России.
      Ему, видимо, для полного восприятия ситуации мешали такие эксперты, как И.А. Харичев, В.Я. Серяков, и такие члены российской делегации на переговорном процессе, как страдающий закостенелостью мысли С.Б.Станкевич. Он, как я уже писал об этом, настаивал, чтобы «в ближайшее время жестко поставить перед руководством Татарстана вопрос о том, является ли Татарстан субъектом Российской Федерации или независимым государством». То есть настаивал на принципе «или-или».
      Можно сказать, что к полномасштабному пониманию будущей страны пришел только глава российской делегации Г.Э. Бурбулис, который на указанной встрече с ним 4 августа 1992 года в присутствии Тишкова сказал: «За год переговоров с Татарстаном мы сильно изменились. И теперь считаем, что Россия должна быть асимметричной федерацией с элементами конфедерации». Это, по сути, была расшифровка букв «В» и «С». Многим тогда это не понравилось. Некоторые политики даже переспрашивали нас: «Неужели он сказал так?». Да, именно так. Выйдя на улицу после этой встречи, Василий Николаевич сказал: «Давайте, Индус Ризакович, пожмем руки друг другу и навсегда запомним этот день!». Так мы и сделали.
      Прошло немного времени с тех пор, когда усилились атаки на Бурбулиса, этого здравомыслящего политика, еще в самом начале переговорного процесса говорившего, что «Татарстан задает некий нравственный вектор, которому следуют другие».
Ему пришлось покинуть свой пост государственного секретаря Российской Федерации. А он был прав. Прав в понимании и восприятии позиции Татарстана, направленной на превращение России в полномасштабную демократическую федерацию.
Прав не только в этом. Был прав и на встрече президентов России – Б.Н. Ельцина, Украины – Леонида Кравчука и Белоруссии – Станислава Шушкевича в Беловежской пуще. Тогда он предложил им подписать документ, где говорилось, что «СССР как геополитическая реальность и субъект международного права прекращает свое существование». И президенты подписали документ о роспуске СССР.
      Во время открытия в Таллине барельефа Б.Н. Ельцину в августе 2013 года, оценив ум и смелость поступка Бурбулиса, Шушкевич сказал, что он «блестяще сформулировал то, что нагорело, что нужно было сделать». И с этим нельзя не согласиться, ибо документ, подписанный в Беловежской пуще, подготовленный Бурбулисом, международной общественностью был оценен как «шедевр легитимной дипломатии конца второго тысячелетия» («Звезда Поволжья», 29 августа – 4 сентября 2013 года).
      Такую же дальновидность Бурбулис проявил и в ходе переговоров по статусу Татарстана. Будущая Россия должна стать асимметричной федерацией с элементами конфедерации, т.е. во взаимопроникновении «В» и «С». Это его кредо.
      Действительно, Геннадия Эдуардовича от ряда своих коллег по переговорам с Татарстаном отличал диалектический подход в решении политических вопросов, отсутствие какой-либо закостенелости мысли. Он не отрекся от своей позиции в оценке позиции Татарстана. Повторил ее во время Ельцинских чтений, состоявшихся в мае 2013 года.
      Повторяю, что «В» для Татарстана присутствует в «С», а в «С» присутствует «В». Можно и нужно говорить только о степени взаимопроникновения этих понятий. Татарстан территориально, геополитически, экономически и совместной историей в России. В то же время он со всеми татарами, большинство которых проживает в России и других странах, вправе самостоятельно решать вопросы своего культурного и духовного развития. Поэтому абсолютизировать понятия в России или с ней невозможно.
      Разумеется, есть вопросы, требующие законодательного и договорного закрепления. Они связаны прежде всего с собственностью Татарстана, правом использования природных богатств. Это четко обозначено в Декларации о государственном суверенитете Татарстана, первой Конституции, принятой на ее и референдума основе. В вопросе о собственности Татарстан самостоятелен, но с Россией. У него своя собственность, богатство земных недр также принадлежит только ему. Так как это зафиксировано в «Международном пакте о гражданских и политических правах», где записано, что народы имеют право «свободно распоряжаться своими естественными богатствами и ресурсами». Такое право было признано на переговорах делегаций РФ и РТ по вопросам экономического взаимодействия в ноябре 1992 года, о чем мне также приходилось писать.
      Такого же закрепления на основе международно признанного права народов на свободное самоопределение требуют и вопросы развития языка и культуры. В этом отношении Татарстан также должен быть самостоятельным. Ему никто не вправе диктовать то, как нужно развивать национальную культуру или каким алфавитом пользоваться. Никакие ЕГЭ, никакие иные запреты, подобные закону 309, не должны быть помехой в его реализации.
      В данном контексте нельзя не говорить о наличии объективных и субъективных угроз татарскому языку. Они связаны прежде всего с тем, что значительная часть народа лишена возможности его изучать, а известная часть русской интеллигенции нацелена на русификацию татар, на лишение их национальной идентичности. В Государственной думе готовится к принятию закон «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «О языках народов Российской Федерации». Он, как правильно пишет Фандас Сафиуллин, направлен на введение цензуры и «провозглашение государственного недоверия ко всем нерусским народам многонациональной России» («Звезда Поволжья», 29 августа – 4 сентября 2013 года) «Кто в Думе хозяин?»). Этот закон противоречит положению документа ООН о меньшинствах, где говорится, что лица, принадлежащие к ним, имеют право «свободно и без вмешательства или дискриминации в какой бы то ни было форме» использовать свой язык. Все написано настолько четко и ясно, что комментарии излишни.
      В чем же тогда причина подготовки к принятию этого закона? Прежде всего, как считает Сафиуллин, это стремление изгнать татарский язык из школ Татарстана. А по большому счету это имперские гены, крепко засевшие в генах инициаторов такого рода документов. Будем надеяться, что на смену им придут люди с просветленным разумом. И чем быстрее, тем лучше.
      А этим господам надобно знать, что татарский народ, как и его язык, обтесан историей. Он неистребим. Неистребим и его язык. Принятие закона не только осложнит ситуацию в Татарстане, но и может стать поводом для более серьезных явлений.
      В Татарстане должен преобладать татарский язык. Он должен стать де-факто государственным языком, т.е. языком, на котором власти общаются с народом. Его обязаны, как говорил при посещении Казани в июле этого года вице-премьер российского правительства Игорь Шувалов, знать все его граждане. А пока что русский язык фактически продолжает оставаться ее единственным государственным языком. Хотя Татарстан в этой области должен быть в полной мере суверенным, и в нем в соответствие с международными нормами и договором, заключенным 15 февраля 1994 года, должны верховенствовать его законы.
      Вопрос соотношения «В» и «С» не снят с повестки дня и сегодня. Они оба должны равноправно присутствовать в нашей жизни, ибо этот вопрос непосредственно связан с будущим России. Надо окончательно усвоить, что единство страны, ее процветание зависят от духовного состояния ее народов. Обеспечиваются их разнообразием и полноправием. Иного не должно быть.
 

Индус ТАГИРОВ,
 академик АНТ.
 


Комментарии (15)
Guest, 21.10.2013 в 07:30

М.Ш.Шаймиеву и нашему доблестному законодательному органу надо бы помнить, что существуют на наши деньги - НАРОДНЫЕ. Надо было наполнять, закреплять достигнутое,а они устроили охоту на ведьм: изгнали из парламента почти всех , кто душой болел за свой народ - например,Ф.Байрамову. Да еще и оболгали.А сегодня - Государственный Совет чем занимается ? Там одни олигархи.

УУСТИК, 21.10.2013 в 12:11

можно пропить все- и"В",и"С".а где народ-то?а народ-в поле.а в сельсовете сидят те же,что и сидели всегда.

Guest, 21.10.2013 в 20:42

Будущая Россия должна стать асимметричной федерацией с элементами конфедерации, т.е. во взаимопроникновении «В» и «С»
*****************
Вот эта формула наиболее оптимальна в отношениях Татарстана и России.
Всех загнать в одни рамки невозможно.
У всех народов разная история, разный уровень развития, разный опыт государственного строительства, разный уровень культуры, поэтому и взаимоотношения между центром и республиками, регионами должны строится исходя из этого.
Татарстан и Россия могут быть только равноправными партнерами по определению.

Аналитик, 21.10.2013 в 22:46

Федерация в России невозможна в силу самой сути русского имперского мышления, признающего только один фактор - силу. Трижды был прав Черчилль, сказавший, что любой договор с русским правительством не стоит той бумаги, на которой он написан. Отмена русскими всех договоренностей с национальными регионами, включая аннулирование самого федеративного договора подтверждают это со всей очевидностью. Как утверждал великий русский поэт, Россия есть страна рабов - страна господ и это не может не оказывать влияния на национальную политику России. Разве будет русский господин соблюдать какие-то договоренности со своими нерусскими крепостными рабами, если он может в любой момент отменить их?

Guest, 22.10.2013 в 16:55

Зачем миллиардеру Шаймиеву нищий Татарстан?????

Аналитик, 22.10.2013 в 18:29

Guest, 22.10.2013 в 16:55
Зачем миллиардеру Шаймиеву нищий Татарстан?????
==========
Действительно, зачем миллиардеру Татарстан, если он прекрасно может обитать где-нибудь на Багамах.

Guest, 23.10.2013 в 07:09

Однако у этого миллиардера есть исторические корни. Они в его языке и во внешнем виде. Никто еще с миллиардами не оставался Великим в истории. Что значит миллиард в сравнении СОВЕСТЬ, ПАТРИОТИЗМ, ДОЛГ !

Guest, 23.10.2013 в 15:40

Однако у этого миллиардера есть исторические корни. Они в его языке и во внешнем виде. Никто еще с миллиардами не оставался Великим в истории. Что значит миллиард в сравнении СОВЕСТЬ, ПАТРИОТИЗМ, ДОЛГ !
===============
Вы правы!
У Шаймиева и Миннеханова есть уникальный шанс остаться Великими сынами своего Народа в Истории, если они проявят силу воли и будут более решительно отстаивать интересы родного многострадального народа!
Чтобы прислуживать и угождать кому-то - для этого большого ума не надо, таких всегда можно найти, а вот чтобы отстаивать интересы Своего Народа - надо быть Человеком с большой буквы, Личностью! Надо быть принципиальным и смелым!
Но зато народ таких всегда помнит и благодарит его и весь их род!
А если они будут действовать против интересов своего народа и своей республики, то ведь вся обида народа, вся эта негативная мощная энергия обиды и возмущения народа, будет к ним возвращаться бумерангом в виде несчастий для семьи и т.д., т.к. нельзя обижать свой народ, и идти против своей совести, против интересов своего народа, ведь Всевышний Все видит, все учитывает, и каждому воздает по заслугам!

Guest, 23.10.2013 в 15:51

Путин их поставил Путин их снимет.!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Какая тут еще защита народа????????????????? Им бы свои шкуры спасти

Guest, 25.10.2013 в 07:36

Им бы свои шкуры спасти____________________________

Так какого рожна они стоят у власти, если за свои шкуры трясутся ! Из-за их толерантности и Конституцию кастрировали, и налоги платим неимоверно большие: как Республика , так и граждане РТ. Обобрали как липу и строят маску благополучия: все в доме хорошо ! Нет не хорошо. Посмотрите, что пишут в смс граждане РТ: получают по 5 тысяч или 6 тысяч ( зарплата, пенсия) и заканчивают риторическим вопросом - как жить? Должна же быть социально ориентированная политика, направленная на защиту своих же граждан. Новый бюджет РТ - дефицитный. Правда хорошо названный - социальный бюджет. Как не крути доходы превышают расходы. Депутат государственной думы высказался по поводу бюджетов регионов: так ведь они не имеют доходов от добычи нефти. А Мухаметшин Ф.Х. - о нашем бюджете - это трудный, тяжелый, но все же социальный бюджет. Так и будет трудный, тяжелый - если Государственный Совет сдавал завоеванные позиции. А ведь спикером парламента был и есть Мухаметшин Ф.Х.

Guest, 25.10.2013 в 07:40

Им бы свои шкуры спасти________________ Имеется ввиду информационная передача Город.

Адиль, 25.10.2013 в 09:13

В начале 90-х годов в Татарстане был исторический шанс наладить диалог народа с руководством республики.В это время руководство республики,в лице Шаймиева,опиралось на народные массы в борьбе за суверенитет,а татарские массы нуждались в лидерах могущих грамотно и обоснованно выразить их интересы.Вспомните как татары не пошли на избирательные участки,отказываясь подписать федеративный договор на условиях Москвы.И что могла Москва сделать со всем народом,бомбардировать,раздавить танками?И все достижения республики в деле суверенитета достигнуты в этот период,единения народа и власти.Но постепенно птенец из гнезда коммунизма Шаймиев,укрепившись благодаря поддержке народа,посчитал,что может теперь обойтись и без поддержки народа и что татарам хватит той степени свободы,которая была достигнута на тот момент и он посчитал что политическая активность масс,национал патриотизм будет вредить ему.Он не сумел просчитать прихода имперского"ренессанса".И даже когда пошел накат империи на суверенитет побоялся обратиться к народу.Наверно Чечня стояла у него перед глазами.Хотя даже невооруженное сопротивление масс,массовые митинги протеста,которые легко можно было бы организовать в республике,заставили бы считаться Москву с Татарстаном.Наверно и у самого Шаймиева как у человека,мужика, просто не было духа.А вот теперь имеет татарский народ то же самое болото,фильмы Орда,третирование языка и культуры,т.е. регресс народа налицо.

Бежать надо в Турцию, 25.10.2013 в 15:03

Шаймиев все продал.Или уступил ,какая разница.Мы татары здесь исчезнем.Бежать надо в Турцию.

Адиль, 25.10.2013 в 18:16

Пока будет сохранена республика,татары сохранятся,как бы кто чего не желал и не советовал.А кто куда убежит,в Европу ли,в Америку ли,в Москву,того ждет дорога в никуда-ассимиляция местными народами.Самое главное,сохранить татар Татарстана

Аналитик, 25.10.2013 в 18:25

Бежать надо в Турцию, 25.10.2013 в 15:03
Шаймиев все продал.Или уступил ,какая разница.Мы татары здесь исчезнем.Бежать надо в Турцию.
=========
Это вы русские все исчезнете, ванятка! А о том, чтобы очистить Татарстан от татар при помощи такой примитивной уловки, и не мечтай! Еще в начале ХХ века Пуришкевич мечтал о том же, чтобы татары все уехали в Турцию. А в конце ХХ века другой русский нацист мечтал изгнать татар в Монголию. Смотри-ка, сто лет прошло, а мечты русских нацистов ничуть не изменились!