4 декабря 2017 г. независимая общественно-политическая газета
Главная Общество Туркестанские «террористы» вредят уйгурскому движению
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
       

Туркестанские «террористы» вредят уйгурскому движению

29 марта 2012 года
Туркестанские «террористы» вредят уйгурскому движению

     Исламская партия Туркестана (ИПТ) ставит перед собой грандиозную и нереалистичную цель: изгнать из провинции Синьцзян китайских «оккупантов» и создать независимое государство под названием «Восточный Туркестан».
       В итоге, согласно плану партии, Восточный Туркестан должен стать частью центральноазиатского исламского халифата, который возникнет на территории «Туркестана» – так исламисты предпочитают называть часть Центральной Азии, охватывающую – помимо Синьцзяна – Казахстан, Киргизию, Узбекистан, Туркмению и Таджикистан. 
       Китайская провинция Синьцзян называется «Уйгурским автономным районом», так же как Тибет называют «Тибетским автономным районом». В действительности оба эти региона жестко контролируются Пекином. Синьцзян – крупнейшая территориальная единица Китая. Он делает КНР центральноазиатской страной. Эта провинция граничит с Россией, Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном, Афганистаном и Пакистаном. Синьцзянская нефть в будущем будет удовлетворять 30% китайского спроса. 
       Из-за своего географического положения Синьцзян тысячелетиями подвергался влиянию монголов, маньчжуров, ханьцев, арабов, персов, различных тюркских народов. Зачастую это влияние осуществлялось военными методами. 
       Однако до сих пор Синьцзян никогда не был так прочно включен в китайское государство. Доля ханьцев в населении провинции сто лет назад составляла считанные проценты, а сейчас дошла до половины. По слухам, которые ходят среди уйгуров, живущих в Кашгаре – древнем синьцзянском городе, некогда бывшем одним из торговых пунктов Шелкового пути, – китайское правительство «импортирует» по 25 000 ханьцев в месяц, чтобы «китаизировать» население и поднять цены на землю, вытесняя таким образом уйгуров на периферию города. 
       С учетом демографических тенденций в регионе и темпов реконструкции старых городов, включая Кашгар, Синьцзяну будет трудно вернуть себе преимущественно уйгурский характер. ИПТ пытается это исправить. Недовольство, которое лежит в основе движения, в целом вполне разделяется уйгурским населением Синьцзяна, хотя это население явно не поддерживает склонность партии к насилию в стиле «Аль-Каиды». 
       На деле, несмотря на террористическую риторику ИПТ, наличие на ее счету реальных терактов на территории Китая вызывает сомнения. Тем не менее, эта организация подрывает позиции действующих в Синьцзяне и за рубежом мирных протестных движений, которые хотят, чтобы уйгуры получили больше автономии и демократических прав. 
       В видеоролике и в письменном заявлении, которое в сентябре появилось на джихадистских интернет-форумах, лидер ИПТ Абдул Шакур Туркистани (Abdul Shakoor Turkistani), говорил о том, против чего выступает ИПТ. Он упомянул: 
       – Всеобщее образование, которое, по его словам, заставляет мусульман отступаться от религии. 
       – Политику принудительного двуязычного обучения, заставляющую уйгуров учить в школах китайский. 
       – Миграцию женщин-мусульманок из Синьцзяна, стремящихся найти работу в главных городах страны – Пекине, Шанхае, Гуанчжоу, – в, как выражаются уйгуры, «китайский регион» или «внутренний Китай». 
       – Политику контроля рождаемости, наследие былой «политики одного ребенка», которую он считает «угрозой» уйгурскому населению.
       – Политику массового расселения китайцев среди мусульманского населения, которая, по его мнению, приводит к вытеснению мусульман на обочину, так как ханьцы начинают преобладать над уйгурами в традиционно уйгурских городах – таких как Кашгар. 
       – Политику грабительской эксплуатации и вывоза ценных «туркестанских» ресурсов, особенно нефти. 
      - Испытания ядерного оружия, которые в период с 1946 по 1996 год проводились в Синьцзяне на полигоне у озера Лоб-Нор 46 раз. 
       Шумиха, поднимаемая ИПТ в интернете, многократно превосходит реальный масштаб террористической деятельности этой организации. В Китае до сих пор не произошло ни одного теракта, к которому она была бы несомненно причастна. Зато существует длинный список терактов, за которые ИПТ брала на себя ответственность или в которых ее обвиняли журналисты, – и все они, как выяснялось позднее, либо не были вовсе связаны с партией, либо имели к ней весьма сомнительное отношение. Даже ответственность партии за теракты, которые произошли в Кашгаре в августе 2011 года, при тщательном рассмотрении не выглядит достоверной, несмотря на то, что о ней говорили не только журналисты, но и сама ИПТ в своем видеозаявлении. По-видимому, на самом деле ИПТ была и здесь практически ни при чем. 
       Теракты в Кашгаре начались вечером 30 июля 2011 года со взрыва на людной, посещающейся в первую очередь ханьцами улице, на которой было много пешеходов и лотков с едой. Вскоре после этого два уйгура захватили грузовик, убив водителя, и направили его на тротуар и уличные лотки, а затем принялись беспорядочно резать людей ножами. 
       На следующий день, 31 июля, теракты произошли на другой популярной среди ханьцев улице, известной магазинами и ресторанами. После еще двух взрывов в ресторане, до 10 уйгуров якобы начали беспорядочную резню и стрельбу. В число их жертв попали, в том числе, приехавшие на вызов пожарные. В общей сложности в итоге погибло 10 мирных жителей и восемь террористов. Ранены за эти два дня были еще 40 человек. 
       Хотя убийство мирных жителей, казалось бы, вполне соответствует духу ИПТ, пропагандирующей терроризм в стиле «Аль-Каиды», если присмотреться к фактам, виновность этой организации вызывает сомнения. Во-первых, китайские власти сначала возложили вину за теракты на боевиков базирующегося в Пакистане Исламского движения Восточного Туркестана – организации-предшественницы ИПТ, – а затем в результате расследования выяснили, что убийства были спланированы и осуществлены местными уйгурами. 
       Основным оружием, которым пользовались террористы, были ножи – именно ими были совершены все убийства, – в то время, как взрывчатка оказалась «самодельной». В дальнейшем под вопросом оказался даже факт применения огнестрельного оружия, так как террористы никого не застрелили. Нападавшие не использовали символику ИПТ и не выкрикивали партийных лозунгов. ИПТ позднее разместила в сети видеоклип с одним из 10 боевиков – но только с ним. Это заставляет задаться вопросом, почему организация не вывесила аналогичные клипы с остальными подготовленными ей участниками теракта, если она действительно несет за него ответственность? 
       Аналогично, в 2008 году один из лидеров ИПТ Сейфулла (Seyfullah) заявил, что ряд взрывов, которые прогремели в Китае перед Пекинской олимпиадой 2008 года, осуществила ИПТ. Речь шла в частности о взрывах в автобусах в Куньмине и в Шанхае и о взрыве в доме в Вэньчжоу. Однако позднее, вину за взрыв в Куньмине взял на себя китаец, никак не связанный с ИПТ, а взрыв в Шанхае оказался результатом неаккуратной перевозки воспламеняющихся веществ. Также выяснилось, что взрыв в Вэньчжоу произошел в игорном притоне, и виновником его стал человек, доведенный до отчаяния долгами. Хотя, вполне возможно, что ИПТ говорила правду, а Китай просто скрывал реальные обстоятельства, никаких конкретных доказательств того, что это были именно ее теракты, ИПТ до сих пор не предъявила. 
       ИПТ продолжает активно публиковать в интернете пропагандистские материалы, то ли пытаясь представить себя полноценной террористической организацией вроде Исламского движения Узбекистана, то ли пытаясь привлечь с помощью убедительных видеороликов финансирование из-за рубежа. 
       Один из видеосюжетов, размещенных ИПТ в январе на джихадистских сайтах, впервые включал в себя выступление на русском языке, вероятно рассчитанное на среднеазиатскую аудиторию. Мужчина с выкрашенной хной бородой, представившийся «моджахедом» Яхьей выступил от имени «Джамаата Туркестан», который действует на территории Хорасана. По его словам, «Джамаат Туркестан» (возможно, речь идет об альтернативном названии ИПТ) переместился в Хорасан (имеется в виду пакистанская Зона племен) в октябре 2001 года. «Мы вместе с нашими семьями нашли здесь укрытие», – заявил он. Вероятно, под этим подразумевается бегство многих центральноазиатских джихадистов из северных областей Афганистана в Хорасан от наступающих сил НАТО. 
       Яхья сравнил вторжение сил Североатлантического альянса в Афганистан в октябре 2001 года с вторжением Китая в Туркестан в 1949 году и с вторжением России в Татарстан. По его словам, в Хорасане джихадисты живут по шариату и учатся владению оружием, а также тактике партизанской войны и городского боя. Кроме того в ролике появляется представитель Туркестана, заявляющий: «Вся земля принадлежит Аллаху, и мы готовы сражаться с теми, кто выступает против ислама!» 
       Медиа-крыло ИПТ «Голос Ислама» («Islam Avaz») 2 февраля разместило в сети третий выпуск своего видеобюллетеня «Туризм верующих» («Tourism of the Believers»). Его второй выпуск был выложен в интернет неделей раньше – 24 января, а первый появился на том же самом онлайн-форуме под названием Shmukh al-Islam в октябре 2011 года. Вдобавок за период с 2008 года по 2011 год ИПТ подготовила девять выпусков своего онлайн-журнала «Исламский Туркестан» («Islamic Turkistan»), посвященного истории ислама в Туркестане, обоснованию необходимости джихада против Китая и различным общим для международного джихадизма темам. 
       Международное сообщество в целом считает, что у уйгуров Синьцзяна имеются весомые поводы для недовольства, однако видеоролики ИПТ добавляют к мирному движению элемент джихадизма. При этом компрометирующая уйгуров на мировой арене информация о терактах в Синьцзяне, за которыми якобы стоит ИПТ, часто бывает преувеличенной или ложной. 
       Существование подобной террористической организации также дает китайскому правительству предлог подавлять уйгурские движения в Синьцзяне. С другой стороны, такие методы деятельности выгодны тем, кто отвечает в ИПТ за активность в интернете, так как они позволяют получать финансирование от международных спонсоров джихадизма, хотя не обеспечивают уйгурам никаких стратегических военных или моральных преимуществ. 
       Дж. З. Адамс – юрист и специалист по проблемам международной безопасности, работающий в Вашингтоне. Он регулярно пишет на темы, связанные с Центральной Азией, Юго-Восточной Азией и Нигерией, а также руководит исследовательским, переводческим и экспертным проектом zopensource.net/.
 

("Asia Times", Гонконг)


Комментарии (0)