6 января 2018 г. независимая общественно-политическая газета
Главная Общество Родина или деньги?
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
       

Родина или деньги?

28 марта 2014 года
Родина или деньги?

      Президент Института современного развития Игорь Юргенс рассказал Юлии Таратуте о том, кто требует от Путина завоевать половину Украины, как долго Россия сможет прожить в условиях санкций и с кем вступит в союз, если наступит «холодная война».
     Таратута: Мы живем в некотором новостном поле, в котором Запад угрожает России санкциями еще до вчерашнего референдума, все обсуждают эти санкции. Первые санкции появились, несколько минут назад появилось сообщение из Белого дома о том, что в отношении семи российских чиновников эти санкции выдвинуты, и их собственность будет под запретом. Таким образом, во-первых, выяснилось, что у этих людей есть имущество на Западе. Или это не факт?
     Юргенс: Нет, абсолютно не факт. Я готов обсуждать имущество этих наших семерых объявленных политических деятелей, например, Мизулина и собственность в Америке, мне кажется, это неправдоподобно.
     – Почему неправдоподобно? Выяснилось, что дети депутатов, которые выдвигали такие антизападные поправки, оказывается, учатся, получают там премии.
     – Собственность детей, может, как раз не под запретом. Я думаю, что люди, которые вступили в эту борьбу, уже подстраховались, с одной стороны. С другой стороны, не в этом же дело, это дело в начале процесса по отказу в визах и потенциальному преследованию по всем юрисдикциям с точки зрения поиска денег.
     – То есть дело не в имуществе, дело в том, что весь набор мер может быть опробован на этих людях?
     – Да. К сожалению, так. Скажем, Валентина Ивановна Матвиенко из всей той когорты, которая клокочет с тем, чтобы не ограничиться Крымом, она самая безобидная, с моей точки зрения.
     – Да, многие говорили, что Валентину Матвиенко жалко, потому что она оказалась в локомотиве этого процесса по должности, она вовсе не самый оголтелый…
     – По должности – да. Никакого значения не имеет персональный набор, с моей точки зрения, просто Обама начинает показывать, что он не шутил, когда говорил о запрете на въезд и замораживание счетов. Как нам всем известно, это первый шаг, а дальнейшая эскалация будет зависеть от переговорных позиций сторон.
     – Вы считаете, что еще есть пространство для переговоров?
     – Да.
     – Как это будет происходить?
     – Они выдвинули предложения контактной группе, оно нам показалось нерациональным, судя по тому, что сказал Лавров в Лондоне, потому что эта контактная группа призывала к переговорам России и украинского правительства в его нынешнем виде. Мы это разворачиваем в несколько другой плоскости, насколько я понимаю, мы говорим, что мы за контактную компактную группу, это подчеркивается с тем, чтобы были соблюдены частично, по крайней мере, соглашения 21 февраля. Если вы помните, там три министра иностранных дел НАТО подписали создание коалиционного правительства, куда вошли бы силы…
     – Игорь Юрьевич, я от всех людей и от источника в Кремле слышу о 21 февраля, что это какой-то пункт, на котором очень держится наша позиция, мы хотим все вернуть к позиции 21 февраля, к живому политику Виктору Януковичу, который подписывает соглашение с оппозицией. Ситуация же с тех пор немножко изменилась.
     – Янукович уже в Барвихе, насколько я понимаю, но дело не в этом. Дело в том, что…
     – В Барвихе?
     – Так сообщают некоторые СМИ. Дело в том, что 21-го, где был Лукин, где он нам рассказывал следующую вещь, была достигнута договоренность о том, чтобы это не разрасталось – антирусизм, русского языка положение, наезды на те регионы, в которых русских много. Ключевая вещь была, что следующее правительство будет коалиционным, то есть включит в себя рациональных людей из Партии регионов – раз, а такие там были и есть, и два – соответствующим образом пронаблюдать, чтобы выборы 25 мая, которые мы готовы признать, если они будут правильно организованы в Украине…
     – То есть 21 февраля – это точка…
     – Это точка, на которую мы отошли после того, как на нас сильно…
     – Реалистичная точка заключается в том, что Кремлю не нравится, что нынешняя власть состоит исключительно из победившей стороны, хочется, чтобы Партия регионов тоже имела значение, а не самораспустилась под влиянием…
     – Не только Партия регионов, за этим следует требование федерализации, большей свободы регионов, избрания там своих властей и так далее. То есть это более далеко идущий план.
     – Это все опять какие-то…
     – Это не какие-то, это очень жесткие требования, которые пока украинцы не готовы принять, и не готов принять Запад.
     – Вы хотите сказать, что требование вернуться на точку 21 февраля не дезавуировано вчерашними событиями, а именно референдумом по Крыму?
     – В каком-то смысле да.
     – Давайте начнем с этой точки.
     – Все это имеет очень сомнительные международные основания, поскольку референдум, проводимый с присутствием сил самообороны, которые называются как таковые, но на самом деле являются, с моей точки зрения, российскими военнослужащими. Это первый момент. Второй – по Конституции страны центральное правительство должно дать добро на проведение референдума так же, как каталонский референдум запрещен центральным правительством, и в Испании он не состоится. А шотландский референдум, разрешенный центральным правительством Великобритании, состоится, и так далее. То есть нарушены многие вещи здесь, но не с точки зрения российских…
     – Не могу с вами не согласиться, поскольку все эксперты напоминают людям, поддерживающим воссоединение с Крымом, исправление исторической ошибки то Хрущева, то еще кого-то, это я сейчас закавычиваю их мнение, все говорят, что украинская Конституция не предусматривает такое развитие событий. Но меня вот что интересует. Мы вчера все присутствовали при освещении этого события – референдума. Со стороны центральных каналов их повестка видна, и позиция видна. Вчера на Первом канале программа «Политика» закончилась прямым включением из Севастополя, включением гимна с обратной стороны. Руководители автономии сказали о том, что наконец они возвращаются домой, заиграл российский гимн, моряки поют. И все люди в студии Первого канала встали под гимн своей страны и приветствовали вхождение Крыма. Что-то отматывается назад? То есть ваш аргумент про неконституционность и спорность – это еще какая-то дискутируемая тема?
     – Давайте разделим две вещи. Первая – реальное желание тех, кто в современной Украине жил плохо, им кажется, что им будет хорошо жить в России, которые более богаты, которые действительно Родина-мать и так далее. Это первая абсолютно не обсуждаемая патриотическая нормальная вещь. И второе – все, как это оформлено в международно-правовом… Это не будет признано никем очень долгое время, максимально хороший сценарий – это турецкий Кипр, непризнанная территория, и уже 44 года непризнанная территория, это очень большой процесс переналаживания отношений с внешним миром, это в принципе смена вектора. А когда люди патриотически настроены, плюс которым платят в студии Первого канала, встают, это уже проявление даже не патриотических чувств, а классовой солидарности.
     – Мы сейчас говорим о пропаганде, условно, об информационной упаковке.
     – Смысл вашего вопроса в чем – законно это или незаконно?
     – Нет, смысл моего вопроса – что будет. Завтра Владимир Путин обратится к Федеральному собранию. Что он скажет, что Крым станет субъектом РФ?
     – По Конституции он, по-моему, должен разъяснить двум палатам, что к нам есть обращение. После этого начинается процесс в нижней палате, потом в верхней палате, потом в Конституционном суде РФ. В течение полугода они могут пройти полностью процедуру, и после этого Крым становится субъектом Федерации. У нас было два прецедента, татар мы не приняли таким видом, такого же типа референдум, и осетины тоже просились, но их не приняли в связи с тем, что не разрешены вопросы с Грузией, поэтому они остались независимым государством.
     В идеальном случае, если контактная группа с Западом будет создана, если люди начнут идти друг другу навстречу, и если мы по принципу реальной политики, такой, как она сейчас сложилась в соотношении сил, скажем, вокруг Украины, вокруг Крыма, имеется шанс выйти из этой ситуации с минимумом потерь. Но, судя по тому, как настроен, в том числе СМИ, патриотически наш народ, скорее всего, это у нас повторение 1914 года, когда сначала эйфория, к 1916-му, как вы помните, немножко по-другому мы оценивали всю ситуацию.
     – Я не понимаю, вы знаете. Народ народом, это его порыв – это его порыв…
     – А чего всего остального вы не понимаете? Вы все прекрасно понимаете. Вы меня хотите навести просто на мысль о том, что какая-то группа людей…
     – Даже не группа, у нас есть конкретный исполнитель этого процесса. Я не знаю, от кого еще что-то зависит в нашей стране, кроме как от президента РФ. По вашим ощущениям, какой план у нашего президента Владимира Путина? Он собирается включить Крым в состав РФ или у него есть внутренняя дискуссия с собой на тему того, что, может быть, Крым останется со своей автономией, но просто укрепленной, Россия усиливает влияние и морочит голову Западу?
     – Я думаю, что существует три плана как минимум. Если Запад, который меня обманул несколько раз, у нас просто нет сейчас времени перечислять обманы Запада, как он себе представляет, если Запад меня обманул в очередной раз и не пойдет на попятную по некоторым из моих требований, Крым становится субъектом РФ.

     (Телеканал «Дождь».)


Комментарии (0)