12 августа 2017 г. независимая общественно-политическая газета
Главная Общество О памятных днях... (ч. 2)
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   
       

О памятных днях... (ч. 2)

10 января 2013 года
О памятных днях... (ч. 2)

Несколько эпизодов о наших лидерах
 

      Они связаны с деятельностью наших политических лидеров 90-х годов, М.Ш. Шаймиева и М.Г. Сабирова. Я их передаю в хронологическом порядке.
 

Эпизод, связанный с М.Г. Сабировым
 

      Известно, что Мухаммат Галлямович несколько раньше ушел в тень. Видимо, поэтому отсутствует характеристика его политической деятельности. Между тем он не был какой-то политической тенью первого лица республики. Именно при нем правительство республики превратилось во влиятельный орган руководства республики. Сабиров был настоящим главой правительства, смело начавшим перевод всей экономики республики в ее собственность. Именно он заключил 12 соглашений с правительством Российской Федерации, подготовивших переход республики к экономической самостоятельности.
      Мне уже приходилось писать об экономических переговорах ноября 1991 года. Возможно, читатель помнит, что я писал, что на их первом пленарном заседании не участвовал и что к моему приходу в зал переговоров оно уже закончилось. И именно тогда Мухаммат Галлямович познакомил меня с Егором Гайдаром. Однако со стенограммой я ознакомился основательно, испещрив ее поля своими каракулями.
      Наверное, будет несправедливо по отношению к нашему руководителю, если я не остановлюсь на некоторых моментах диалога между Гайдаром и Сабировым. Мухаммат Галлямович по своей природе мягкий человек. И он, видимо, с целью снять подозрения с Татарстана, который после ГКЧП обвиняли во всех грехах, сказал, что обстановка в Татарстане нормальная и «нет никаких разговоров о том, что мы в России или не в России». И добавил: «Мы однозначно в России. Но в России не так, как раньше». Мной сверху этих строк добавлено: «Духовно. Экономически, географически мы неразлучны».
       Разумеется, было бы гораздо лучше, если бы эти слова произнес сам Сабиров и развернул выдвинутый тезис. Гайдар же воспользовался сказанным, заявив, что, поскольку народы РСФСР равноправны, в России «не может быть дифференциальных отношений» «и что они могут быть только равноправными для всех». И заключил позицию делегации РСФСР на этой встрече так: «И если Татария – неразрывная составная часть РСФСР, то, естественно, она не может быть ни в чем ущемлена точно так же, как не может быть особых привилегий по сравнению с Башкортостаном или какой-то другой республикой». 
     Сабиров в ответ ему сослался на указ президента Татарстана о собственности, основанной на Декларации о государственном суверенитете республики. И добавил: «Мы полагаем как основу, что все, что на территории Татарстана находится, – это принадлежность того народа, который там живет»… «мы не претендуем на ряд отраслей или на ряд крупнейших предприятий и организаций, которые должны находиться в ведении России». Но с тем, чтобы смягчить ситуацию, добавил, что «экономическая целесообразность диктует… передать ряд отраслей экономики в пользование России». Это, разумеется, был правильный дипломатический ход.
      Затем он изложил свою позицию по нефтяной промышленности. Четко и ясно рассказал о том, что из недр Татарстана безвозмездно выкачано 2,5 млрд. тонн нефти, чем был нанесен огромный экологический и экономический урон республике. Предложил, что из оставшихся запасов, 800 млрд. тонн, ежегодно половина должна оставаться в ведении республики. И она должна сама ею распоряжаться вплоть до поставки за границу.
      Следующими позициями, изложенными главой правительства Татарстана, были банковская система, одноканальный налог и самостоятельный бюджет.
      Гайдар на это отреагировал полным отказом. Вот его слова: «Вопросы, действительно, очень сложные и обязывающие. По собственности. Мы исходим из того, что РСФСР – это не союз государств, а это единое федеративное государство. На территории единого государства должны действовать единые законы. В рамках этих единых законов мы всячески готовы урегулировать любые проблемы, которые возникают в республиках, входящих в состав РСФСР, и регионах. Максимально учитывая их интересы. Но в рамках действующих российских законов». Его следующие слова прозвучали как предупреждение: «Дальше допустить законодательную разноголосицу, ситуацию, что, когда у нас действуют в РСФСР разные правительства и разные законы, без всякого сомнения, нельзя». (После этих его слов мной приписано: «Такое признание суверенитета ни что иное, как признание дырки от бублика. Надо знать природу РСФСР. РСФСР «объявлена свободным союзом народов в лице их советских республик». Я уже писал, что эти слова я употребил на заключительном пленарном заседании и чуть было не сорвал переговоры.)
      Затем Гайдар, уже употребив понятие «распределение собственности» «между субъектами РСФСР, включая и республики» сказал, что «мы не заинтересованы в том, чтобы концентрировать на уровне республики контроль за всеми отраслями промышленности» и в то же время заинтересованы передать «как можно больше на уровень республик, регионов». Как видно, в этих словах полный отказ признавать за Татарстаном его собственность, но готовность передать кое-какие объекты под контроль республики. Естественно, сохранив их как собственность Российской Федерации.
      Позиция по отношению к нефти была построена так же. Ни о какой собственности Татарстана на эту промышленность не может быть и речи. Должно произойти акционирование, которое откроет «широкое поле для компромиссов между уровнем общероссийским, между уровнем республиканским, между уровнем тех субъектов, которые входят в состав Татарстана». Был дан отказ как в передаче в распоряжение Татарстана половины добываемой на ее территории нефти с тем, чтобы республика могла сама ею распоряжаться, имея в виду и поставки нефти за рубеж. Это мнение исполняющего обязанности главы правительства РСФСР лишит «наше народное хозяйство, в том числе и народное хозяйство Татарии, которая получает нефтепродукты с перерабатывающих заводов РСФСР, оставит без бензина и тепла» и остановит «всю обрабатывающую промышленность как РСФСР, так и Татарии». Единственно, что он пообещал, повысить внутренние цены на нефть до 375 рублей, которая до сих пор составляла 75 рублей.
      «По вопросу о банке. Если у вас есть единая денежная система, то, без всякого сомнения, должны действовать единые нормы регулирования банковской деятельности. Не может быть единой денежной системы, в которой существуют не 12, не 27, не 35 центральных банков». Комментарии к этим словам излишни. Это полный отказ в создании Национального банка Татарстана.
      Так же жестко высказался он и по одноканальному налогу. Он, по словам Егора Тимуровича, «в принципе нежизнеспособен». «Мы, заявил он, можем думать и обсуждать вопрос о том, можем ли мы в принципе прийти с течением времени к одноканальной системе отношений между бюджетами автономий, бюджетами республики, но пока очевидно, что на ближайшие месяцы это тот вопрос, который носит сугубо экономический характер и где экономика диктует нам свою волю». И как бы сгладив сказанное, сказал: «Мы готовы к диалогу».
      Об этом диалоге я уже писал. Нам тогда удалось переломить ситуацию, в немалой мере базируясь на этом диалоге, выявив в позиции Гайдара ее слабые места и подготовив «контрудары» на заключительном заседании. Именно это позволило нам приехать с признанием нашей собственности, одноканального налога, самостоятельного бюджета и Национального банка.
      Мухаммат Галлямович был всегда бойцом, и для него интересы республики, ее многонационального народа были превыше всего.
 

Эпизод, связанный с Шаймиевым
 

      Я его излагаю его по моей дневниковой записи.
      «11 декабря 2004 года был принят Федеральный закон N159-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и в Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации. На этой основе в пункт 16 175-й статьи Конституции Республики Татарстан был внесен принцип наделения полномочиями президента Государственным Советом республики по представлению президента Российской Федерации. Статья 91 – 1 Конституции была дополнена следующим содержанием: «Наделение полномочиями президента Республики Татарстан осуществляется Государственным Советом Республики Татарстан по представлению президента Российской Федерации в порядке, предусмотренном федеральным законом и Конституцией Республики Татарстан». Указывалось, что «Государственный Совет Республики Татарстан рассматривает представленную президентом Российской Федерации кандидатуру на должность президента Республики Татарстан в течение 14 дней со дня внесения представления» и что «постановление об этом считается принятым, если за него проголосовало более половины от установленного числа депутатов Государственного Совета. Части 1 – 1 и 2 – 1 статьи 93 Конституции были дополнены положением о том, что президент вступает в должность не позднее двух недель со дня принятия соответствующего решения Государственного Совета и приступает к осуществлению своих полномочий с момента принятия им присяги и прекращает их исполнение с момента принесения присяги вновь наделенным полномочиями президентом Республики Татарстан. В других дополнениях рассматривались вопросы о досрочном прекращении полномочий президента и выражении недоверия ему. Постановление о досрочном прекращении полномочий президента принимается Государственным Советом по представлению президента Российской Федерации. Вопрос о недоверии президенту республики решается в форме постановления на рассмотрение президента Российской Федерации.
      5 марта к 10 часам утра я приехал в Государственный Совет, в кабинет его председателя Фарида Хайрулловича Мухаметшина. В кабинет вместе со мной вошли Марат Гадиевич Галиев, Туфан Абдуллович Миннуллин.
      Поздоровавшись с нами, Мухаметшин усадил нас за стол. Принесли чай. За чаем он рассказал о состоявшейся накануне встрече с командой представителя президента РФ в Приволжском федеральном округе С.В. Кириенко по вопросу внесения изменений в договор между РФ и РТ, заключенный 15 февраля 1994 года. В результате был подписан протокол об этих изменениях с указанием позиций, по которым стороны не пришли к согласию.
      Ознакомив нас с этим документом, Мухаметшин спросил: «Как мне доложить об этом президенту, к которому мы все вместе и должны были пойти?».
      – Надо сказать, что все возможное сделано. Дальнейшее продвижение может быть достигнуто лишь после вашей встречи с В.В.П., сказал я. И он с этим согласился.
      И вот мы в 10 часов 40 минут в кабинете М.Ш. Шаймиева.
      У него в кабинете мы застали премьер-министра Р.Н. Минниханова. Вместе с нами зашли Р.С. Хакимов и начальник правового управления аппарата президента Р.А. Сахиева.
      Произошел интересный инцидент. Получилось так, что я оказался во главе стола. Шаймиев обычно садился сбоку первым. Он был в шутливом настроении. Подходя от своего рабочего стола к нашему столу, он слегка пнул в мое кресло. Потом еще раз и сказал: «Не так крепко сидишь!».
      – Намного крепче, чем некоторые думают, сказал я также шутливо.
      Он же, подсев сбоку и наливая в мой стакан минеральную воду, сказал: «А кто это?».
      – Есть такие, но они ошибаются, добавил я.
      Дальше, взяв в руки врученный ему документ о разногласиях между рабочими группами, он попросил Мухаметшина рассказать о прошедшем раунде переговоров рабочих групп. Как и договорились, Мухаметшин сказал, что сделано все возможное и ход дальнейших переговоров зависит от исхода встречи Шаймиева и Путина.
      В течение тридцати минут мы вели разговор о нашем договоре. Шаймиев сказал, что он будет до конца защищать наши позиции. И если В.В.П. не согласится, то Шаймиев скажет, что он доложит о разговоре на сессии Государственного Совета, в результате чего может быть принято решение о занятии более жестких позиций.
      Переговоры рабочих групп на этом могут прекратиться. И тогда остается в силе прежний договор, где написано, что он не может быть расторгнутым в одностороннем порядке. Однако мы согласились с тем, что это крайний вариант и скорее всего дело до этого не дойдет. Скорее всего, В.В.П. согласится, и тогда к июню 2005 года новый договор будет подписан.
      Далее уже без Сахиевой состоялся откровенный, но как предупредил нас об этом сам Шаймиев, конфиденциальный разговор о порядке выбора президента Республики Татарстан. Срок президентства Шаймиева должен завершиться в марте 2006 года. Если следовать принятому российскому закону о порядке выборов глав регионов, то Государственный Совет республики должен утвердить в качестве президента республики кандидатуру, предложенную президентом Российской Федерации. Причем должен обсуждаться альтернативный вариант.
      Выборы глав ряда регионов, в том числе и Саратовской области, прошли по этой схеме. На местных парламентах с предложением кандидатур президента РФ вышли его представители в федеральных округах. По этой схеме кандидатура на пост президента Татарстана должна быть предложена С.В. Кириенко. Не приходится сомневаться в том, что такой президент в отличие от ныне действующего президента Шаймиева был бы уже в подчиненном положении не только по отношению к президенту РФ, но и по отношению к его представителю в Приволжском Федеральном округе Кириенко.
      Мы обсудили вопрос о том, как быть. Когда провести эти выборы? Чью кандидатуру поддержать? Единогласно решили, что Шаймиев должен быть переизбран.
      Шаймиев сказал, что он уже однажды заявил, что не будет переизбираться, ибо, как он сказал, трудно представить себе 70-летнего президента. А я, добавил он, никогда своему слову не изменял.
      – Я готов к тому, чтобы уйти с поста. И сам устал, и Сакина-ханым тоже настаивает на этом. Правда, это нелегкий шаг. Ибо я по жизни всегда только поднимался. Наверное, не просто оказаться рядовым человеком. Но это рано или поздно нужно сделать. И я к этому готов.
      Это монолог мы прерывали вопросами и возражениями. Ибо полагали, что Шаймиев нужен республике. Его авторитет еще должен работать как на республику, так и на Россию.
      – Но я в таком случае не могу пойти на прохождение такой унизительной процедуры, как оказаться в альтернативной ситуации и быть избранным по предложению Кириенко, представляющего президента РФ, – заявил Шаймиев.
      После этого состоялся разговор о том, как быть. Я сказал, что нужно воспользоваться самой Российской Конституцией, где республики в составе России обозначены как государства. И вопрос о том, как и кого выбрать президентом, должен определяться самими республиками.
      – По Конституции РФ все субъекты равноправны, – сказал Шаймиев.
      – Но в каком отношении они равноправны: между собой или во взаимоотношениях с федеральным центром или еще в чем-то. Об этом в Конституции ничего не говорится, – сказал я.
      – Это да, согласился Шаймиев. На этом разговор об этом сюжете прекратился. Он остался как рабочий вариант для дальнейшей проработки.
      А когда провести эти выборы? Галеев сказал, что после юбилея Казани не должно быть передышки. Не должен создаваться вакуум. Нужно сразу же провести выборы. Нельзя терять инициативу. С тем, что нельзя терять инициативу, все согласились. Но как?
      Мухаметшин сказал, что с этими выборами медлить нельзя. Их нужно провести до юбилея Казани.
      С этим все согласились. Президент сказал, что он 9 марта едет на встречу с Путиным. Он обещал сообщить о том, что там будет.
      Да, вчера, 5 марта, состоялась весьма примечательная встреча. Она может иметь очень большие последствия. Однако не будем спешить, поживем, увидим.
      6 марта 2005 года.
      Продолжаю запись, 15 марта. К этому времени уже многое из того, что было обговорено, случилось. 9 марта Шаймиев встретился с В.В.П. И, видимо, состоялся весьма благоприятный разговор. У нас встречи с ним не было. Но телевидение, радио сообщили об этом. НТВ сообщило, что Минтимер остается верным своему имени. Он железный.
      Сам Шаймиев об этом разговоре сообщил в интервью журналистам. Он поставил вопрос о доверии к нему со стороны В.В.П., и это доверие к нему было подтверждено. Президент РФ попросил его остаться на посту президента РТ на новый срок.
      Вчера, 14 марта, состоялась сессия Государственного Совета. Шаймиев был в хорошем настроении. Ибо, надо полагать, он всецело удовлетворен московской поездкой. Я в разговоре с Туфаном Миннуллиным и некоторыми другими сказал, что Шаймиев, не объявляя шаха своим оппонентам, сразу поставил мат. Ну и хитрый же этот Шаймиев, сказал Туфан. И с ним нельзя не согласиться. Он переиграл и перехитрил всех своих политических оппонентов. Им путь в президенты РТ закрыт.
      На этой сессии депутаты должны были внести изменения в Конституцию республики. Соответствующее постановление было подготовлено. К нему было 17 отклоненных комитетом поправок. При их обсуждении произошла очень странная на первой взгляд перепалка между Штаниным и Мухаметшиным, и в какой-то мере и с председателем комитета Федоровым, который докладывал о законопроекте. Странная потому, что Штанин обвинил Путина в построении пирамиды власти в нарушение Конституции Российской Федерации. И на первый взгляд могло казаться, что Штанин защищает права Татарстана, а Мухаметшин невольно оказался защитником нынешних перемен.
      Депутат от КПРФ Садыков Р.Г. внес поправку заменить слова «президент Республики Татарстан» на слова «наместник президента Российской Федерации по Республике Татарстан». При этом он сослался на свое выступление на прошлом заседании. «Президент, наделяемый полномочиями, – это нонсенс, – сказал он, – таких президентов не бывает». Он рассказал, что поднял всевозможные словари, но не нашел в них упоминания о президентах, наделенных полномочиями. Он заявил, что готов слово наместник заменить другим словом, если есть у депутатов какие-то предложения. И закончил свое выступление так: «Вот единственный главный довод. Просто должна быть элементарная логика».
      24 марта на сессии обсуждались обычные вопросы. А 25 марта обсуждался лишь один вопрос, вопрос о наделении Шаймиева М.Ш. полномочиями президента Республики Татарстан. Повестка была заранее спланирована. Все комитеты Госсовета, фракции «Единая Россия» и «Татарстан «Новый век» – НТВ» вынесли постановления с поддержкой кандидатуры Шаймиева. Поэтому было решено дать слово только представителям фракций. Попытки подвергнуть этот вопрос были отвергнуты.
      Мухаметшин зачитал письмо Путина Государственному Совету с предложением наделить Шаймиева полномочиями президента Республики Татарстан. Это предложение было поддержано выступившим на сессии Кириенко С.В., который сказал, что избрание Шаймиева будет благом как для Татарстана, так и для России.
      Кандидатура Шаймиева была поддержана 85 голосами. 4 депутата голосовали против, один воздержался.
      В тот же день в Большом концертном зале состоялась инаугурация президента Республики Татарстан Шаймиева. Еще до описываемого эпизода я написал письмо нашему президенту. Правда, я не знаю о его судьбе: дошло оно до него или нет. В любом случае, думаю, что нелишне будет привести его в данном изложении.
      «Глубокоуважаемый Минтимер Шарипович!
      Обращаюсь к вам, как к человеку, глубоко заинтересованному не только в судьбе Татарстана, но и всей России.
      Не мне вам говорить, что татары всегда выражали заинтересованность в расцвете России и выступали ее защитниками.
      Сегодня Россия переживает нелегкие времена. И наша обязанность помочь ей в преодолении трудностей и уберечь ее от полного развала.
      Наш Татарстан в перестроечные времена стал пионером демократического преобразования России. Наша, как ее иногда называли, гордая республика смогла поставить ее на рельсы федеративного развития. Татарстан, выражаясь словами Г.Э. Бурбулиса, задавал некий нравственный вектор, которому следовали другие. На нашу республику и сегодня смотрят с большой надеждой. И мы должны эту надежду оправдать.
      В настоящее время рабочие группы ведут переговоры по внесению изменений в договор между Россией и Татарстаном, заключенный в 1994 году. При этом иногда раздаются голоса, что мы должны воспользоваться условиями готовящегося к подписанию договора между Москвой и Грозным, по которому Чеченской республике предоставляются весьма большие права и полномочия. Говорят, что и мы у Москвы должны добиваться того же. Это ни что иное, как ребячество. Таким путем нам никогда не добиться особых прав и полномочий.
      Наш подход должен быть определен в контексте общероссийских глобальных стратегических интересов. Мы должны исходить из того, что, хочет того кто-то или не хочет, Россия будет развиваться как асимметричная страна. Она всегда была такой: и географически, и экономически, и геополитически. И сохранилась более 300 лет в немалой мере потому, что ее национальные окраины управлялись с учетом этих особенностей.
      Задача сегодняшней политики заключается в том, чтобы внешняя и внутренняя политика страны строились с учетом этих ее особенностей. Ссылки на статьи российской Конституции, по которой все ее субъекты равноправны, приводят только к тупику. Заключением договора между Москвой и Казанью уже был создан прецедент особого статуса. Сегодня, идя на предоставление особых прав Чеченской республике, создается второй такой инцидент. Этот договор вынужденный, и он крайне необходим. Ибо призван не только возродить Чечню, но и закрепить ее в составе Российской Федерации.
      В переговорах же с Казанью по изменению договора 1994 года Москва стремится не наделить Татарстан дополнительными полномочиями, а лишить его остатков суверенных прав. Видимо, кому-то кажется, что договор сыграл свою роль, и пришло время от него отказаться. Между тем нужно стремиться к тому, чтобы с пользой для всей страны использовать позитивные стороны опыта взаимоотношений с Татарстаном. И не только во взаимоотношениях с национальными республиками, но и с некоторыми краями и областями.
      Сегодня страна уже встала перед необходимостью предоставления особого статуса Калининградской области. И это естественно, ибо она, со всех сторон окруженная иностранными государствами, не может иметь такие же права, как Тверская или Тульская области. Этим последним пока что нужны не права, а деньги. Калининградская же область при правильном использовании ее возможностей может стать доходной статьей для страны. Альтернатива этому только одна – ее окончательная потеря.
      В учреждении особого статуса нуждаются Сибирь и Дальний Восток. Прежде всего исходя из необходимости интенсивного освоения природных ресурсов этих богатейших регионов и резкого изменения демографической ситуации. Ускоренное промышленно-экономическое развитие этих регионов должно стать особой заботой государства. Если не мы освоим эти наши земли, освоят их другие.
      Нельзя при этом забывать, что гигантскими темпами развивается Китай. Он идет к тому, чтобы стать сверхдержавой. Возможно, даже со скрытым намерением опередить в этом отношении и США. Россия же теряет возможности восстановления статуса сверхдержавы. Однако время еще не совсем упущено. Нам в Сибири и на Дальнем Востоке нужно иметь особую программу развития. С тем, чтобы могущество России, как говорил Ломоносов, произрастало Сибирью. Добавим: и Дальним Востоком. Владивосток далек, но ведь он город-то нашенский, говорил Ленин. И был прав. И нужно добиться того, чтобы Сибирь и Дальний Восток всегда оставались нашенскими.
      Именно в таком контексте нужно говорить о статусе Татарстана. Не выпрашивать надо права, а доказывать колоссальные возможности республики и вообще татарского фактора. Взаимная переплетенность исторических судеб, их неразрывность привели татар к восприятию России как своей Отчизны. Именно поэтому, будучи ее патриотами, они всегда совместно с русским народом отстаивали ее свободу, независимость и территориальную целостность. Территориальная целостность России для татар особенно важна, поскольку является гарантией целостности самой татарской нации, в своем большинстве проживающей в России.
      Исключительную роль может сыграть этот фактор во взаимоотношениях России с тюркским миром. Татарский язык, представляющий все тюркские языки в числе 14 основных языков мира, может стать надежным инструментом ее общения с тюркскими странами. Татары, проживающие в этих странах, в том числе и в Турции, могут стать надежным мостом дружбы народов.
      Привести этот фактор в движение может только Татарстан. С его особым статусом.
      И надо бы, Минтимер Шарипович, чтобы прелюдия переговоров о судьбе договора открылась вашей с В.В. Путиным встречей. С тем, чтобы ему был дан высокий старт. Только тогда рабочие группы смогут достичь взаимоприемлемых, полезных как для Татарстана, так и в целом для России результатов.
 

С наилучшими пожеланиями
Индус ТАГИРОВ,
академик АНТ.


Комментарии (0)