3 октября 2017 г. независимая общественно-политическая газета
Главная Общество Галеев (часть 1)
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Галеев (часть 1)

10 мая 2012 года
Галеев (часть 1)

     Умер Туфан Миннуллин. Крупный, талантливый писатель, крупная историческая личность, обаятельный, отзывчивый, неравнодушный человек. Он был народным депутатом СССР, бессменным депутатом Верховного Совета Татарстана, Госсовета Татарстана. Его уникальную роль в возрождении Татарстана, татарском культурном ренессансе еще будут обсуждать и анализировать. Мы попросили депутата Госсовета РТ Марата Галеева поделиться мнением о Туфане Миннуллине.  
      – Марат Гадыевич, перестало биться сердце Туфана Миннуллина. Вы долгое время работали вместе. Каким он вам запомнился?
      – Безусловно, его деятельность была многогранна. Я не театральный критик, но как читатель могу сказать, в произведениях ему удалось отразить, как жил татарский народ во второй половине XX века. Эта история нестандартна. Господствовала советская система, жизнь, с одной стороны, менялась, но в глубине сохранялась и преемственность с древних времен. Главная заслуга Туфана, на мой личный взгляд – в условиях сильно идеологизированного общества создавались произведения, отражающие реальную жизнь без этой идеологизации. Это и делает его современным классиком. Да, он человек XX века, всегда был восприимчив ко всему новому. Он очень образно мыслил, в том числе и в политике. У меня в памяти осталось немало его крылатых фраз. Помню, мы обсуждали вопросы частной собственности на землю, и он тогда сказал, эта фраза очень складно звучит по-татарски, по-русски смысл таков – в тридцатые годы мы с такой силой вколотили людей в колхозы, теперь тоже силой выколотить не можем. Драма и трагедия земельного вопроса в этом и заключалась. В начале XX века крестьяне имели относительную самостоятельность, образование колхозов шло насильственным путем. Жизнь в колхозе задушила самостоятельность, и теперь выколотить людей обратно из колхоза невозможно. Законодательно земельный вопрос решен, но реальными собственниками земли стать – очень большая проблема для нашей страны. На селе произошел психологический слом личности, собственника. Туфан это очень остро чувствовал. У него много было таких остроумных находок. Я должен сказать, что он, конечно, как правило, много работал в комитете по культуре, тем не менее один созыв он был у нас, в комитете по экономике и инвестициям, и я его за эти годы работы в нашем комитете ближе узнал. Ничего удивительного в этом не было, он это не рекламировал, но всегда говорил, что первое образование у него было бухгалтер. Он хорошо разбирался в этом, природное чувство экономических вопросов у него было. Туфан давал меткие оценки. Он всегда украшал своей активностью любой комитет. Два года он работал в Верховном Совете СССР. Это были относительно свободные выборы, очень конкурентные. Туда пришло много новых политиков со всей страны, и среди этой сильно конкурентной среды Туфан Миннуллин был весьма заметен. Тогда шли прямые трансляции без купюр, разворачивались политические баталии по проблемам будущего страны. Туфан Миннуллин показал себя там как защитник равноправия народов, равноправия субъектов, призывал уходить от деления субъектов СССР на разные сорта. Татарстан тогда стремился стать союзной республикой. Он выступал за формирование реальной федерации в Союзе. Наши идеи отстаивать было весьма непросто, потому что во всей истории прошлого века эти идеи подвергались жестким гонениям. Туфан был одним из самых ярких поборников равноправия. Он предъявлял такие аргументы, которые не могли быть отвергнуты ни одним из оппонентов. Лукьянов как председатель Верховного Совета СССР пытался его остановить, но он добивался предоставления слова и выступал всегда ярко. Конечно, это было сложно и эмоционально, значительная часть депутатов отнюдь не с восторгом встречала эти идеи. Но его выступления были в высшей степени справедливы. По сути, там рождались предложения, которые Татарстан реализовывал в ходе работы над договорами под редакцией Горбачева и Ельцина. Туфан Миннуллин был ярким, талантливым оратором. Он показал себя новым политиком, свободным от догм. Все увидели, что есть такой человек в Татарстане. Подобных личностей просто не было. Он своим талантом олицетворял Татарстан. С ним не могли не считаться руководители союзного уровня. В татарстанском парламенте он более 20 лет был депутатом. Если выходил на трибуну Туфан, то не было человека в зале, где было собрано все руководство республики, все ветви власти, который бы внимательно не слушал его. Его выступления были острые, яркие. Как правило, они были в защиту культуры, межнациональных отношений. Сейчас говорят, что он был татарским писателем, который описывал жизнь татарского народа. Это так. Но это был человек в высшей степени интернациональный по духу. Он никогда не допускал какого-либо одностороннего подхода к вопросам, связанным с национальными проблемами. Он всегда стихийно выступал за принцип равенства наций, чтобы права татарского народа не ущемляли права других народов. Это было видно в тексте. И делал это остроумно и образно. Туфан был не просто поборником прав татарского народа, он по духу был человеком очень интернациональным. Туфан поделился со мной идеями по новой пьесе, он ее начал, но не закончил. Фабула такая. Сравнивается жизнь зверей в зоопарке и джунглях. В зоопарке хищники отделены от не хищников, безопасно, регулярно кормят, но живешь в клетке. Жизнь в джунглях очень опасна, могут скушать в любой момент, сожрать, но ты свободен и ты отвечаешь за все сам. Ты сам творец своей судьбы, если сможешь выжить, то будешь жить, возможно, интереснее, чем в зоопарке. Однажды ворота в зоопарке открыли, звери вышли на свободу. Свобода очень привлекательна, но вдруг обнаружилось, что могут скушать. За все нужно отвечать самому, и не кормят. Это был некий образный подход к тому, что произошло с СССР. Переход к рынку совершенно изменил условия жизни, и сейчас у многих ностальгия, хочется обратно в клетку. Где будут по крайней мере кормить. Но нашлись и такие, которые говорят, нет, все-таки здесь на свободе лучше.
      – Конкурентоспособные, сильные хотят на свободу, «слабые» хотят в клетку. Но «слабых» всегда больше. Социал-демократия – это попытка оптимизировать достоинства «зоопарка» и «джунглей».
      – После отмены крепостного права была примерно та же картина. Часть крестьян говорила, что при барине было лучше, потому что он думал за них. Не было свободы, но барин о крестьянине заботился. И многие говорили, что давайте назад к барину. Но у нас ситуация более острая после разрушения СССР. Мы и наблюдаем эту картину, радикальные реформы начала 90-х годов и некоторый постепенный отход от них, возврат к элементам советской системы в 2000-х. Власти приходиться отвечать на этот запрос общества.
      – Получается, КПРФ – партия «зоопарка»?
      – Я не хотел бы их так сразу обижать. Я о пьесе Туфана говорю. Он начал работу, и я уверен, с его талантом это была бы не рядовая пьеса. Но это уже была пьеса начала XXI века. Это шаг в XXI век, видение этих проблем. Туфан описывал быт, но это не бытописатель. У него всегда поднимаемые проблемы в пьесах уходили в вопросы высокой философии, смысла жизни. Это и есть талант, который делает из обычного писателя классика, который сумел подняться до философского осмысления многих сторон жизни. Художественный талант его был высок. Это большая утрата для республики. Парламент Татарстана всегда отличался от парламента других субъектов тем, что у нас достаточно много было писателей. Удельный вес писателей был достаточно заметный.
      – Это был принципиальный выбор Шаймиева. Он сам был книжником и любил литературу, считал, что мнение писателей для общества очень важно.
      – С уходом Туфана наш парламент потерял свою яркую часть.
      – Шаймиев и Туфан часто воспринимались вместе – Шаймиев в политике, Туфан в литературе. Кто на кого оказывал большее влияние? Шаймиев на Туфана или Туфан на Шаймиева?
      – Я не берусь отвечать на этот вопрос. Это не ко мне. Но одно могу сказать точно. Не было человека, на которого не оказал бы влияния Туфан своей личностью, своим общением. Любой политик, безусловно, чувствовал на себе влияние Туфана. Потому что он заострял проблемы удивительно лаконично и всегда в художественной форме. Заострял так, что я не видел политика, который смотрел бы равнодушно на его видение мира. Видение у него было своеобразное, но оно было точным с точки зрения характеристики. Хотел бы сказать еще, Туфан драматург, Туфан писатель, Туфан политик – это одно. Но он был человеком с большим сердцем. Он был членом комиссии по помилованию при президенте Татарстана. И очень много помогал конкретно людям в достаточно тяжелых ситуациях. Некоторых людей он вытаскивал, и они становились на путь исправления. Тюрьма ведь не исправляет, как мы видим. Это наказание, а не исправление. Большое сердце Туфана реально содействовало тому, что люди, сделавшие ошибку, исправлялись. Конечно, ясно, что тяжелую судьбу каждого он пропускал через сердце. И это не проходило для него бесследно.
      – Он всегда был принципиальным сторонником суверенитета. У вас с ним было единое понимание суверенитета Татарстана?
      – Многие люди понимают суверенитет по-разному. Я не могу сказать, что наше понимание суверенитета было абсолютно единым. У него в понимании суверенитета было больше культурной составляющей, я уходил больше в политико-экономическую часть. Я разделял нашу государственную позицию. Речь никогда не шла о каком-то государственном суверенитете Татарстана, что педалируют часто федеральные чиновники, обвиняя нас в сепаратизме. Ни о каком реальном сепаратизме официально речь никогда не шла ни по времени, ни по уровню. Когда в марте 1992 года у нас проводился референдум, было специальное постановление президиума Верховного Совета Татарстана о том, что вопросы территориальной целостности России в вопросе, выносимом на референдум, не рассматриваются. Это было официальное разъяснение. Речь шла о самостоятельности, которая могла бы помочь решать вопросы государственной, экономической, культурной жизни республики. То есть это определенное понимание федеративного устройства Российской Федерации. Потому что на Конституционном совещании РФ к нашим голосам не прислушались, их просто проигнорировали, даже не обсуждали наши предложения, навязали более унитарную модель, и мы вынуждены были пойти на референдум и договорные отношения.
 

Беседовал Рашит АХМЕТОВ.
(Продолжение следует.)


Комментарии (4)
тагир, 16.05.2012 в 15:11

пока не поздно назвать одну из станций метро "Туфан"

Гость, 09.08.2012 в 22:59

Да не такой уж он и крупный!

Guest, 26.01.2013 в 10:23

Метро станциясенен берсенен исеме Туфан Минуллин булырга тиеш!Бик дорес алдагы фикер

Маскура, 03.02.2013 в 21:55

Туфан ага любил свой народ и дело своё. Настоящий патриот своей нации,был честен до конца. Это большая утрата для нации.