6 апреля 2018 г. независимая общественно-политическая газета
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

XXXIII Шаляпинский

7 апреля 2015 года
XXXIII Шаляпинский

     В Татарском академическом театре оперы и балета им. Джалиля открылся ежегодный международный оперный фестиваль. На открытии присутствовал президент Рустам Минниханов, и он сказал с прославленной сцены: «Шаляпинский фестиваль – это огромный праздник, и мы с нетерпением его ждем. Мы гордимся нашим театром, его знают везде. Мы много ездим и всегда, когда рассказываем про республику, говорим про нашу оперу. Это прекрасный коллектив мирового уровня. Сегодня мы имеем возможность видеть здесь как российских звезд, так и зарубежных – это огромное наше достижение. Но самое главное – наш зритель, так как на любую постановку никогда здесь нет свободных мест». В числе ведущих открытия фестиваля – Альбина Шагимуратова. Фестиваль пройдет с 1 по 17 февраля. 
     Как пишут о Каннском кинофестивале, спектаклем открытия была опера «Турандот» Джакомо Пуччини в постановке Михаила Панджавидзе. Партию Турандот исполнила Оксана Крамарева из Национальной оперы Украины им. Т. Шевченко, Калафа – Ахмед Агади из Мариинского театра. На пресс-конференции, посвященной открытию фестиваля, Рауфаль Мухаметзянов (директор театра, именно он, страстный фанат оперы, был отцом-основателем фестиваля в далеком уже советском 1982 году) сообщил, что фестиваль планировался в начале осени исходя из предельного курса доллара 50 рублей за доллар. Затем возникло стремительное падение курса, ему пришлось обратиться за помощью к президенту Минниханову, и Минниханов принял решение всемерно помочь Шаляпинскому фестивалю. За что ему, конечно, огромное спасибо от всех казанцев. При этом цены на спектакли фестиваля – от 600 до 1500 рублей и увеличились в среднем на 100 рублей, то есть фестиваль по-прежнему доступен казанской интеллигенции, в первую очередь благодаря поддержке Минниханова. 
     Президент мало ходит в театры, а в оперный театр, скажем так, исчезающе мало, но он в такой трудной кризисной ситуации принял правильное решение поддержать фестиваль, не раздумывая, исходя из интуиции. Именно так поступали даже в Гражданскую войну, настаивали на финансировании театров даже в период разрухи в стране. Думаю, что 90% глав регионов в стране «прагматично» сказали бы: зачем нам опера? Но что такое Москва без Большого театра, Петербург без Мариинки, Италия без «Ла Скала», Франция без Гранд-Опера и т.д.? Театр оперы и балета – это фундаментальный столичный образ, он дает такие взлеты вдохновения, что, наверное, уже сотни открытий науки обязаны оперной и балетной «индукции». Без культуры человек превращается в животное.
     «Каждый год я провожу фестиваль, и каждый год он разный. В опере присутствует мистика. И состав вроде блестящий, и дирижер прекрасный, и оркестр, а вот иногда контакт со зрителем не происходит. Нужен подъем. Мы не опускаем нижнюю планку фестиваля, а верхняя, она в бесконечности, это как полет», – сказал Рауфаль Мухаметзянов. На мой вопрос, чем характеризуется эта нижняя планка Шаляпинского фестиваля, интуицией или вкусом организаторов, опытом (это вещи, естественно, субъективные), «татарский Дягилев» ответил: «Может, это звучит несколько цинично, но универсальный критерий, который для себя вывел, – цена. Рынок есть рынок. Я считаю, что если годовой доход исполнителя не ниже 100 тысяч евро – его можно приглашать, он не «опустит» спектакль. Я считаю, что класс артистического исполнения спектакля фиксируется нижней границей». Шаляпинский фестиваль – исполнительский. «Мы не нарушаем изначальную режиссерскую концепцию спектакля, мы очень осторожны со сценическим решением, есть понятие авторского спектакля», – говорил Мухаметзянов. «Раньше в советское время считали, что оперный театр в Казани был создан в 1939 году. В 1956 году немцы достроили это современное здание. Но до этого в Казани было здание оперного театра, сгоревшее в 1919 году, но и это было лишь второе здание, до этого еще существовало здание. В Казани в царской России был создан пятый оперный театр после Петербурга, Москвы, Киева, Одессы. Сейчас пишут, одному театру 200 лет, другому 300 лет, а у нас такая богатейшая, не из пальца высосанная история, мы должны ее помнить. Казанской опере 140 лет – это историческая правда, о которой в советское время не говорили. В 1874 году в Казани была создана постоянная оперная труппа. Ставили сильные оперы, это была культурная необходимость для города. Но оперы показывались в Казани еще раньше, в начале XIX века».
     Мухаметзянов рассказал о разговоре с Миннихановым во время открытия Шаляпинского фестиваля: «Я сказал, что мы даем 140 представлений за рубежом, половина – оперы, половина – балет. Это Франция, Италия, Германия, Австрия, Швейцария, Норвегия и т.д. В октябре гастролирует опера, в ноябре, декабре, январе гастролирует наш балет, затем начиная с марта гастролирует наша опера. И нас принимают очень хорошо, республика становится респектабельной, привлекательной, имея оперный театр такого класса». Он продолжил: «В России практически невозможно гастролировать, систему продажи билетов нельзя поднять до той степени, чтобы покрывала расходы, как в Европе. За рубеж можно ездить без дотаций, они покрывают расходы. В России все за наш счет. Гостиницы, транспорт, командировочные и т.д.».
     Фестиваль начинают готовить за год, театр ищет интересные голоса по всему миру, как сказали на пресс-конференции, уже началась подготовка к следующему фестивалю. Невольно подумалось – а если доллар станет 200 рублей? Но нефть вроде опять начинает расти и слава Богу. Когда говорят музы, пушки молчат.  
     Журналисты спросили: почему «Порги и Бесс» Гершвина уже несколько лет идет только в концертном варианте? Мухаметзянов сообщил: «Я исхожу из своего опыта – концертная версия лучше сценической. Как это ни странно. Почему? Меня, наверное, режиссеры за это мнение могут уничтожить. Но… Сам жанр оперы достаточно условен, что такое – люди ходят и поют. В концертном представлении менталитет человека «успокаивается», здесь не возникает внутренних вопросов. И здесь звук солиста идет перед оркестром, он не «перебрасывается» через оркестровую яму, через оркестр. Хор стоит на одном месте. Музыка в концертном исполнении подтверждается всем, это становится основным. Главное художественное средство оперы – музыка, только потом вступает сценическое действие, но это могут признавать только талантливые режиссеры. В драматургии голосов концертного исполнения возникает рафинированное, концентрированное музыкальное звучание. Да и при этом сценическая версия стоит в несколько раз дороже концертного исполнения. И «Турандот» мы ставили в концертном исполнении – неимоверный успех». 
     Но я думаю, что концертное исполнение еще сильно тем, что это подобно медитации, краски, костюмы, конструкции не мешают сосредоточиться на внутреннем восприятии музыки. Каждый человек сам внутри себя на подсознательном уровне творит свою сцену, сам становится режиссером, исходя из своей жизни, сам общается с божественным духом музыки. Примерно как чтение книги и экранизация книги. Собственно говоря, на этом основан протестантизм, на отсечении всего лишнего в беседе с Богом. Опера возникла все же из роскоши и великолепия католического богослужения. «Очищенная» музыка и пение – более близкий к глубинной истине мира язык. Научное познание мира более материалистично и, следовательно, уже более вторично относительно художественного, которое строится на вдохновении и интуиции. Художественное познание мира глубже, менее материалистично. Конечно, концертное исполнение требует высокого внутреннего культурного мира человека (примерно как у Мухаметзянова), тогда возникает искра. Восприятие оперы не развлечение, это погружение в астральный, «звездный» мир, который спит в человеке. Каждая душа – спящая красавица, и она пробуждается от глубочайшей внутренней трансформации, которую дает опера, в основном музыка.   
     Великолепные певцы Лестор Линч и Рональд Самм – афроамериканцы из США, участвовавшие в пресс-конференции, не первый раз приезжают в Казань, они в восторге от театра, от города, от зрителей. Они поют в «Порги и Бесс», им особенно нравится местная кухня, и они в восторге от грибной лапши, которой потчуют их в Казани. Рауфаль Мухаметзянов подчеркнул, что «Порги и Бесс» мало исполняется в США, и наиболее полную ее версию можно услышать, пожалуй, только в Казани. 
     Журналисты говорили, что интерес к фестивалю ажиотажный и многие не могут попасть на него, хотя желание огромное. Мухаметзянов сообщил, что в течение года все спектакли и составы он стремится повторить и те, кто действительно хочет попасть, – они попадают на спектакль. «На фестивале 13 представлений, казалось бы, нужно ставить еще 13 или поднимать цены на билеты, спрос есть. Но я считаю, не нужно доводить до момента исчерпания спроса, это должен быть праздник. Всегда нужно чувствовать грань, когда спектакли превращаются в некий поток продукции. Я думаю, сейчас фестиваль достаточно сбалансирован. Но давайте попробуем, на пару спектаклей на будущий год прибавим».
     Журналисты вспоминали первый фестиваль, когда пела Синявская. Мухаметзянов сказал: «Тогда были другие времена. На люстрах люди «висели». Но тогда мы не имели возможности приглашать такую категорию певцов, как сегодня. Поверьте мне».

Рашит АХМЕТОВ.

На снимке: Рауфаль Мухаметзянов.

Комментарии (0)