6 апреля 2018 г. независимая общественно-политическая газета
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Европа-Азия (ч.2)

15 апреля 2013 года
Европа-Азия (ч.2)

     Продолжаем интервью с председателем Союза композиторов Татарстана, народным артистом России Рашидом Калимуллиным.
      – Все-таки у нас страна живет «по понятиям», постсоветская культура во многом лагерная, уголовная, особенно в провинции, любят шансон. Для меня является загадкой, как в стране с победившей уголовной субкультурой слушают музыкальный авангард? Фанаты «Спартака» ведь не слушают музыкальный авангард, его слушают «лохи» и «ботаники». Люди, слушающие музыкальный авангард, опять становятся опасными для государства, они слишком самостоятельно мыслят, внутренне сопротивляются стадности.
      – Я в свое время в исправительно-трудовой колонии концерты давал. Они сидят в телогрейках, сапоги кирзовые. Помню, замерз, мне налили водки, чтобы согрелся. А я не пью. Они говорят: ты у нас не сможешь играть, если немного не выпьешь, рассматривай как лекарство. Действительно согрелся. Концерт прошел с успехом. Лагеря бывают разные, люди бывают разные. В Европе сейчас проводят «лагеря» для современных композиторов со всего мира.
      – Современная музыка выражает степень пассионарности народа? В Китае, говорят, 100 миллионов пианистов. Или индикатором пассионарности народа, культуры является спорт?
      – Вот Канчели – сегодняшний и раньше в советский период, если сравнить, мне интереснее он более ранний. Может, моложе был, может, в стране был оптимизм, другая атмосфера. Художник творит не в вакууме. Мне иногда кажется, что сейчас даже не разные поколения композиторов, а качественно разные миры. Словно тот народ и современный – это другие народы. Впечатление какого-то тотального разрыва, отсутствие преемственности, отсутствие неразрывности развития, внутренней связи. Были мировые школы. Сначала итальянцы господствовали в музыке, затем немцы, затем французы. Сейчас все не то что смешалось, такое впечатление, что люди перестают слышать друг друга. Но есть страны, которые постоянно уделяют внимание развитию современной музыки.
      – Китайская современная музыка, например, интересна?
      – Сейчас в Китае самый раскрученный композитор – Тандун. Конечно, это современный композитор. Мы знакомы, в свое время мы получили оба первые премии в Дрездене. Сейчас он живет на Западе, примерно такого же уровня, как Софья Губайдулина, хотя гораздо моложе. Конечно, у него разные сочинения, есть по-настоящему талантливые сочинения. Помню, я сидел в жюри конкурса в Швейцарии, пришлось слушать молодых, там была молодая китаянка, она сейчас живет в Париже, это считалось уровень Лютославского – и здесь я слушаю ее и осознаю, что она гораздо интереснее Лютославского, она многих просто на порядок превосходит. Я буквально обалдел. Настолько у нее сильная школа.
      – У меня такое ощущение, что современный музыкальный авангард стремится приблизиться либо к дзену, либо к молитве. То есть уходит либо в природу, либо к небу. У китайцев школа дзен глубоко разработана. Поэтому их музыка неизбежно должна оказаться интереснее, глубже. Даже философия инь и ян, органическое соединение женского и мужского начал, в Китае более разработана. Европейская музыка более мужская, в ней превалирует мужское начало, в ней больше динамики, драйва. Но все больше повтора. Либо современная европейская музыка остановилась в полушаге от нового мирового прорыва в глубину, либо она вообще остановилась и выдыхается?
      – В китайской опере женские роли играют мужчины. Если говорить о тупике, то в начале ХХ века про музыку Прокофьева так говорили. Тогда же были оркестры без дирижеров. Что только ни предпринималось. И сейчас чего только нет – творческие лаборатории, инсталляции. Лично я уже наелся этого в XXI веке и воспринимаю как вторичное. Меня тянет к ритмам, считаю, что музыка должна нести положительные эмоции. Люди должны получить от музыки какие-то творческие импульсы. Что-то должно шевельнуться в сердце. Я не стараюсь писать музыку в угоду неразвитым вкусам, я бы тогда писал гораздо более простую музыку. Стараюсь, чтобы музыка была доступна нормальному цивилизованному человеку. Не к профессиональному слушателю обращаюсь, а к духовно развитому человеку. У нас такая публика ходит в оперный театр, на Сладковского, на Абязова. И это публика, безусловно, не «попсовая». Сейчас публика радикально изменилась. Я еще помню те времена, когда в оперный театр в Казани загоняли школьников. Сейчас аншлаги, хотя билеты не дешевы. Рауфаль Мухаметзянов – молодец, он «выстроил» европейский оперный театр в Казани.
      – Гергиев – что за феномен? Он привозил в Казань две современные оперы. Многие не поняли.
      – Гергиев удивительно многолик. Я поражаюсь, как он выдерживает тот уровень жизни, который ведет. Он превратился в некоторую мощную машину. В Метрополитен–опера я смотрел его балет «Анна Каренина», это было нечто потрясающее. Я был в диком восторге, настолько все было выверено, выстроено, просто супер. В то же время у него много концертов и коллектив иногда не имеет времени ознакомиться даже с акустикой зала, где выступает. Если среди оркестров – я считаю, на сегодня самый сильный оркестр в России – оркестр Плетнева. Нашему оркестру нужны еще годы для развития. Сейчас наш оркестр сильно вырос. Динамика другая, импульс совершенно другой. Но иногда хочется не заученной теплоты, а большей искренности. Я думаю, они до этого дойдут. И в своей музыке я хочу выразить именно это. Но нужно помнить, что на музыкальном авангарде денег не заработаешь. Сейчас в России все стало сверхкоммерческим. Портфель положить в БКЗ Московской консерватории – нужно платить.
      – А вам хочется бесплатной теплоты. Индийская современная музыка интересна, звучит в мире? В Индии говорят, что китайская культура глубоко вторична по сравнению с индийской.
      – Мы их приглашали. Как понять – не звучит индийская музыка в мире? В Европе полмиллиарда населения, а в Индии больше миллиарда. Чья музыка больше звучит? Но китайцы гораздо трудолюбивее индийцев, с моей точки зрения. Индийцы более созерцательны.
      – Китайцев называют «немцы Азии».
      – В Индии жаркий климат, индусы как южные итальянцы. Конечно, индусы и китайцы должны вырваться вперед, это очень интересные культуры.
      – На основе доминирования музыки какой-либо культуры можно, думаю, делать даже экономические прогнозы о будущем приоритете развития какой-либо страны.
      – Абсолютно с вами согласен. Посмотрите на германскую культуру и музыку, сейчас в мире доминирует культура англосаксов, но уже ощущается, что она теряет позиции. Растет интерес к Востоку. Если говорить о татарской музыке, то я бы не назвал ее состояние полноценным. Я не понимаю ее нацеленности на эстраду. Попса, причем попса деревенская и потрясающая вторичность. Может быть, это потому, что нас настолько задушили, что мы даже и не осмеливаемся на глубокие искренние произведения, не хотим «высовываться»? Может, наши произведения объективно будут слишком проникнуты болью за несправедливое пережитое? Мы никак не можем освободиться от состояния внутреннего рабства. Высокое искусство в развитых странах находится на таком уровне, на котором находится их экономика. Эти вещи взаимосвязаны. Без высокого искусства развитую экономику не построишь. На бескультурье ни одна экономика еще не выросла.
 

Беседовал
Рашит АХМЕТОВ.


Комментарии (0)